Описание окружающей местности

Давайте поговорим о прекрасном месте ближнего Подмосковья, расположенном вдоль течения речки Пехорки. Его территория находится между Большой Владимирской дорогой и современным Егорьевским шоссе, в прошлом Касимовской дорогой. Речь пойдет о старинном селе Соколове с приписанной к нему деревней Кучиной, документально известным с середины XVI века.

Сейчас это место называется улица Гидрогородок и является частью города Железнодорожный Московской области. Старинного села Соколова уже более 180 лет нет ни на одной карте; деревня Кучина существует в виде микрорайона Кучино. В радиусе десятка километров от бывшего села Соколова находятся, или находились раньше, старинные имения, судьбы которых были связаны с замечательными людьми, оставившими свой след в истории России. Практически у всех владельцев этих имений были общие семейные, служебные и иные связи.

К северу от бывшего села Соколова находится левый приток Пехорки – удивительная речка, имевшая на протяжении трех веков четыре названия: в XVII и XVIII веках она была Вздеришкой, Вздериношкой, Вздеринушкой; в ХIХ веке стала Пильней; до середины ХХ века называлась Лобановкой; в послевоенных документах Кучинского Леспаркхоза ее именуют Сосенкой. Речка вытекает из недр вырубленного в 2013–2015 годах огромного старинного леса, являвшегося частью ландшафта Подмосковной Мещеры.

Село Соколово находилось на горе, расположенной на левом берегу Пехорки, как минимум с середины XVI века до 1804 года. С трех сторон его окружал вековой лес. Под горой в течении Пехорки находится проточный пруд, выкопанный во времена царя Алексея Михайловича. Уровень этого пруда поддерживает плотина, на которой примерно 300 лет, до 1932 года, действовали водяные мельницы.

Прошлое этих мест очень интересно, при этом загадочно и запутано. В писцовых книгах название «Кучинская пустошь» упоминается впервые в 1573–1574 годах. Перепись эта проводилась после набега на Москву крымского хана Девлет Гирея. Кучино предстало перед переписчиком опустошенным местом.

Первым известным владельцем села Соколова был представитель старого московского боярского рода Михаил Яковлевич Морозов. Согласно переписным книгам, он владел селом до 1573 года. После чего, за преданную службу в 1573 году по приказу Ивана Грозного Михаил Яковлевич Морозов, его жена и двое сыновей были казнены. При Михаиле Яковлевиче Морозове к селу Соколову были приписаны деревни Кучина и Юркина. В селе стояла деревянная церковь Николая чудотворца.

Дальше селом Соколово владело множество людей. Упомяну их коротко до того момента, как в селе упразднили церковь и оно превратилось из села в сельцо. Мне попалась замечательная статья с подробнейшим исследованием этого вопроса, ссылку на которую, для интересующихся, я даю: https://movoopik.com/sokolovo-kuchino/.

Документов, свидетельствующих о том, кто был владельцем села Соколова в период между 1573 и 1623 годами, не найдено.

В 1623–1624 годах царь Михаил Федорович пожаловал земли, приписанные к селу Соколову, Ивану Ивановичу Чемоданову и Василию Ивановичу Стрешневу, которые владели ими совместно.

В период с 1635 по 1646 год Василий Иванович Стрешнев стал единственным владельцем села Соколова с деревней Кучиной. В это время и в Соколове он также построил церковь Николая чудотворца.

Василий Иванович Стрешнев своих детей не имел и умер в 1661 году. Вдова Василия Ивановича Авдотья Андреевна скончалась в 1665 году. И в течение 13 лет после ее смерти село Соколово оставалось без хозяина. Следующим владельцем села в 1678 году стал Родион Матвеевич Стрешнев, который служил при дворе царя Алексея Михайловича.

В 1687 году после смерти Родиона Матвеевича Стрешнева село досталось его сыну Ивану Родионовичу Стрешневу, который подал прошение о разрешении на постройку в селе Соколове новой церкви на месте обветшавшей.

После смерти Ивана Родионовича село перешло его сыну, Василию Ивановичу Стрешневу – последнему из Стрешневых, владевшему селом Соколово с 1735 года.

После смерти Василия Ивановича в 1745 году село переходит его жене, Наталье Алексеевне. Впоследствии она вышла замуж за Федора Богдановича Пассека, от которого еще, будучи в браке со Стрешневым родила ребенка. При Н. А. Пассек на Пехорке была не только мельница крупчатка, но и полотняная фабрика. В самом селе были господский дом, церковь, дома причта и несколько домов дворовых людей.

Из Межевого плана села Соколова 1766 года известно, что владельцем Соколова в это время значился Петр Александрович Румянцев. Это произошло потому, что Наталья Алексеевна Пассек заложила село Соколово Петру Александровичу, и к 1766 году просрочила платеж по закладной. Так село юридически перешло от Стрешневых к П. А. Румянцеву.

В 1789 году селом Соколовым уже владел младший сын Румянцева-Задунайского Сергей Петрович Румянцев. При соколовской церкви тогда числилось 26 приходских дворов, она была в твердости, утварью довольна, пашенной земли и сенных покосов не имела. Но так как «благодаря» стараниям Натальи Алексеевны Пассек в церкви села не было священника – она выгнала из села священника Федора Филипова и не выдала ругу на церковь – службы в ней не проводились. В связи с этим Сергей Петрович подал прошение об упразднении церкви, которое и было удовлетворено. Так село превратилось в сельцо.

В 1813 году Андриан Иванович Дивов приобрел сельцо Соколово у С. П. Румянцева. У Дивовых было два сына, которые в 1817 году разделили наследство родителей между собой. Соколово досталось Петру Андриановичу Дивову.

А далее поговорим об истории этого места поподробнее, так как с этого момента начинается более насыщенная и известная судьба села  Соколово и его процветание, отголоски которого, в малой толике, дошли до наших дней.

В 1834 году бывшее село Соколово вместе с деревней Кучиной перешло к Рюминым. На тот момент в сельце Соколове было 2 крестьянских двора, но без людей. Николай Гаврилович Рюмин был старшим сыном рязанского мещанина откупщика Гаврилы Васильевича Рюмина, его мать – Степанида Федоровна была вдовой купца Черенкова и первой женой Гаврилы Васильевича. Предки Рюминых известны с XVII века, когда они уже числились в привилегированной сотне – корпорации русского купечества. В Рязани у Рюминых было четыре дома, которые считались лучшими в городе. Они были настолько хороши, что только в них, проезжая через Рязань, останавливались русские императоры и члены их семей. Гаврила Васильевич за честную службу отечеству и широкую благотворительность получил от царя дворянское звание. Александр I благоволил к Гавриле Васильевичу, одаривал его и его домочадцев.

Основным наследником отцовского богатства стал старший сын Николай Гаврилович. В семье Николая Гавриловича и Елены Федоровны (урожденной Кандалинцевой) было двенадцать человек детей, из которых в живых остались пять дочерей и один сын. Единственный выживший сын Николая Гавриловича Федор был выпускником пажеского корпуса, Царскосельским гусаром. Он рано вышел в отставку, закончив службу в чине ротмистра, затем служил рязанским предводителем дворянства. Огромные капиталы Н. Г. Рюмина позволяли строить ему не только дома в Москве и Рязане, но и построить здесь, в сельце Соколовка, на горе, возвышающейся над прудом Пехорки, великолепную усадьбу. Архитектором всех усадебных строений стал француз Жюльен Францевич Тибо.

В усадьбе устроили широкие дороги, цветники, беседки, оранжереи, фонтаны. Часть усадебных построек находилась на правом низком берегу Пехорки. От пруда на крутую гору вела двумя полукружиями белокаменная лестница в стиле барокко, у подножия лестницы был поставлен белокаменный фонтан, а на горе – прекрасный усадебный дом (фото в альбоме). В усадьбе были великолепные по красоте конюшни, оранжерея, несколько необычных деревянных флигелей, а также таинственное и по архитектуре, и по назначению кирпичное здание, построенное на древнем церковном месте, на старинном кладбище. Под усадебной горой, за плотиной, вдоль течения Пехорки был устроен каскад соединявшихся между собой водоемов. На ведущем к этому каскаду склоне усадебной горы был разбит регулярный парк, а над ним, на горе, в старинном лесу был устроен природный пейзажный парк с широкими дорогами и декоративными деревьями и кустарниками, посаженными по их обочинам. Дорога, ведущая с горы к мосту с плотиной, используемая до Рюминых в качестве основной дороги, ведущей к усадьбе, была с двух сторон обсажена пихтами. Такие же пихты в виде живой изгороди стояли вдоль всей дороги, ведущей в деревню Кучину. Пихты дожили до конца 1940-х годов. Две из них стоят и сейчас в нижней части спуска с горы.

Свою новую усадьбу Рюмины назвали «Мызой». Лето семья Рюминых обычно проводила в Кучине. Жизнь в усадьбе, как пишет М. Погожев, была широкая. В дни именин и рождений палили из пушечек. На сохранившихся фотографиях и акварелях той поры можно видеть красивый усадебный дом, оранжерею, беседку, речку, а также познакомиться с некоторыми сценками из жизни усадьбы (фото в альбоме). К богатым помещикам часто наведывались гости. В Кучине бывал и Лев Николаевич Толстой. Гости приезжали на поезде до станции Обираловка, а затем конными экипажем ехали до Кучинской усадьбы. Елизавета Андреевна Берс, сестра Софьи Андреевны Толстой (супруги писателя), была супругой племянника Н. Г. Рюмина, флигель-адъютанта Г. Е. Павленкова.

Рюмины владели Соколовым 40 лет. За это время они соорудили обводной канал от кучинского пруда, спрямивший в этом месте русло Пехорки. На этот канал была перенесена мельница. Обводной канал просуществовал до 1956 года, потом он был засыпан. Фрагмент этого канала сохранился в виде небольшого прудика, выкопанного в 1980-х годах в его русле около того места, где стояло здание Аэродинамического института Д. П. Рябушинского. Рюмины сделали мост через речку Пильню (Вздериножку), а также проложили и замостили булыжником дорогу из деревни Кучины к Большой Владимирской дороге. Впоследствии эта дорога станет называться Леоновским шоссе. Н. Г. Рюмин умер в 1870 году, его жена Елена Федоровна скончалась в 1874 году, оба они похоронены в Троице-Сергиевой лавре.

После смерти Николая Гавриловича в 1870 году имение было продано знаменитому московскому градоначальнику Николаю Александровичу Алексееву, в наше время незаслуженно забытому. Николай Александрович всю свою недолгую жизнь посвятил служению обществу. Считалось, что Н. А. Алексеев был самым любимым и самым ярким московским головой, именно он поднял на высочайший уровень городское хозяйство. Николай Александрович научил Москву жить по муниципальному принципу, городское хозяйство стало финансово независимым. Алексеев решил проблему недостатка питьевой воды в Москве – построил Мытищинский водопровод. Благодаря Алексееву был утвержден проект, согласно которому система канализации охватывала весь город, а не только центр, как планировалось раньше. Николай Александрович заново замостил улицы, на некоторых из них уложил первый асфальт, сделал в городе ночное электрическое освещение, разбил много парков и бульваров. При нем были снесены старые торговые ряды у Красной площади, а на их месте появились Верхние торговые ряды (будущий ГУМ) и Нижние торговые ряды. При Алексееве завершилось строительство Исторического музея, а рядом с ним в 1892 году появилось новое здание, в которое переехала Московская городская дума. Алексеев, будучи душеприказчиком С. М. Третьякова, ускорил открытие картинной галереи братьев Третьяковых. Самым знаменитым проектом Алексеева было строительство на собственные средства и пожертвования его собратьев-купцов Московской психиатрической клинической больницы № 1, которая доныне носит имя Алексеевской. Николай Александрович с супругой пожертвовали на больницу 350 тысяч рублей. В общей сложности на благотворительность он потратил около трех миллионов рублей. Первая школа в Кучине так же была устроена на деньги Н. А. Алексеева. Теперь это школа № 8 города Железнодорожный. Но Алексеевы, как писал Михаил Погожев, допустили в своем Кучинском имении «вандальство»: они снесли удивительный дом, поставленный Тибо, и построили на месте этой разрушенной мечты ординарный, очень почтенный, но нисколько не поэтический дом. Новый усадебный дом был построен в 1879 году и простоял здесь до 1965 года (фото в альбоме).

За год до своей смерти, в 1892 году Н. А. Алексеев продал имение Александре Степановне Рябушинской. У Павла Михайловича и Александры Степановны Рябушинских родилось шестнадцать детей, из них тринадцать достигли совершеннолетия – восемь сыновей и пять дочерей. Павел Михайлович скончался в 1899 году. Ненамного пережила мужа и Александра Степановна. После своей смерти Павел Михайлович оставил своим восьмерым сыновьям капитал, составлявший двадцать миллионов рублей. Братья Рябушинские отличались отменным европейским образованием. Они окончили Московскую практическую академию коммерческих наук, знали два-три европейских языка и пришли на нажитое родовое богатство. Эти люди были умны, готовы к активной деятельности и благотворительности. Известный краевед и знаток имения В.Г.Фролов в своей исследовательской работе так писал о последних владельцах имения: «При разделе имения между братьями и сестрами оно было поделено на 16 участков. Кто не хотел иметь собственности в Кучино, продавали свои участки друг другу. В 1910 году по решению суда имение было разделено между семью владельцами. Большой дом с парком и прилегающим лесом и территорию будущего аэродинамического института получил Дмитрий Павлович. Все владельцы имели выход к реке, у всех проходили дороги, но по площади участки были неодинаковы».

Главным героем кучинской усадьбы был, конечно же, Дмитрий Павлович Рябушинский, седьмой по старшинству среди восьми братьев, который родился в 1882 году. Дмитрий Павлович получил среднее образование в Московской практической академии коммерческих наук. Занятия в ней вели известные ученые того времени. Вслед за старшим братом Владимиром 19-летний Дмитрий отправился в Гейдельбергский университет в Германии, где в течение одного семестра прослушал курсы физики, органической химии, философии и зоологии. После Гейдельберга Дмитрий совершил кругосветное путешествие. Наблюдая за чайками, боровшимися с ветром в аравийском порту Аден, Дмитрий подумал: то, что доступно птице, наверняка под силу и человеку. С этого момента зародилось в нем желание изучать законы воздухоплавания. Он решил основать на свои средства лабораторию для создания новой авиационной науки. Профессоры Н. Е. Жуковский и В. В. Кузнецов активно поддержали эту идею. Жуковский посоветовал начать с создания аэродинамической лаборатории для изучения законов полёта. И вот, на территории своего подмосковного имения в Кучине, в июле 1904 года, 22-летний Д. П. Рябушинский начал строительство лаборатории.

К ноябрю были построены двухэтажное главное здание с большим залом и четырехугольной сквозной деревянной башней высотой 20 метров (фото в альбоме), машинное здание с паровой машиной, мастерские (слесарная, механическая и столярная), помещения для измерительных приборов и жилые дома для обслуживающего персонала и рабочих. Оборудование аэродинамической лаборатории производилось по указаниям Н. Е. Жуковского. Была построена аэродинамическая труба длиной 14,5 метров. На все постройки, машины и оборудование до 1 января 1905 года было израсходовано около ста тысяч рублей. Дмитрий Павлович определил на содержание Института и производство опытов ежегодно расходовать 36 тысяч рублей. При этом он всегда подчеркивал: «что институт носит совершенно частный характер». Сразу же в Институте была построена малая электростанция, а в 1911–1912 году вторая, более мощная. Сначала общее научное руководство Институтом осуществлял Н. Е. Жуковский, числившийся его «почетным сотрудником». Дмитрий Павлович был директором, а также руководил постановкой экспериментов, в которых показал себя перспективным ученым. Успехи молодого Рябушинского многочисленные завистники – коллеги Жуковского по Московскому университету – стали приписывать его капиталу и руководству Жуковского. Молодой, талантливый и самолюбивый Дмитрий Павлович в 1906 году отказался от повседневной помощи Жуковского, продолжил работу в Институте самостоятельно и весьма плодотворно. Позже ученики и соратники Жуковского также покинули Институт. Таким образом, из 14-ти лет успешной деятельности Кучинского Аэродинамического института с 1904 по 1918 годы Жуковский со своими учениками проработал в нем менее двух лет. При этом впоследствии много говорилось о заслугах этих ученых и принижалась роль самого Дмитрия Павловича.

В 1914 году в Кучинской усадьбе был устроен военный госпиталь, где сестрами милосердия работали Вера Сергеевна, жена Дмитрия Павловича, и его сестры. Во время Первой мировой войны Павел Павлович Рябушинский привлек своего брата к выполнению заданий Главного артиллерийского управления, и Кучинский институт после начала военных действий перешел в ведение этого управления. В Институте стали разрабатываться и проходить испытания новые виды вооружения – минометы, безоткатные пушки и ракетное оружие.

А осенью 1918 года в народном комиссариате по просвещению состоялось заседание коллегии по вопросу о национализации Аэродинамического института Д. П. Рябушинского и использования помещичьей усадьбы с домом. На заседании присутствовали Рябушинский, Жуковский, Лазарев, Штернберг. Из протокола этого заседания узнаём, что Советская власть признала научную ценность Института и даже согласна была передать управление им, а может быть, и другими научными учреждениями, которые планировалось создать на усадебной земле, Дмитрию Павловичу Рябушинскому. Однако у товарища Штернберга, а на тот момент он был назначен членом Коллегии Народного комиссариата просвещения и заведовал в нем отделом высших учебных заведений, появились возражения как против самого Рябушинского, так и относительно необходимости существования его института. Какие только доводы он не приводил, отстаивая свои убеждения: это и трогательная забота о местных крестьянах, которым нужно отдать усадебную землю, и утверждение, что господский дом ветхий, хотя на этом месте он простоял до 1965 года, и что Рябушинский мог бы себе найти другую подмосковную усадьбу и перенести в нее свой Институт. За полгода Штернберг решил вопрос о судьбе имения Рябушинских в пользу своих коллег, великих ученых из Московского университета.

Не выдержав борьбу с революционным ученым, «буржуй» Рябушинский вынужден был покинуть страну. В эмиграции Дмитрий Павлович стал ученым с мировым именем. Он продолжал работу, начатую в Кучине, получил звание профессора Высшего технического института в Париже, читал лекции по аэродинамике в университетах Европы и Америки, был членом-корреспондентом Французской Академии наук, преподавал в Сорбонне. Умер Дмитрий Павлович 27 августа 1962 года. Похоронен он на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем. На могиле написано: «Д. П. Рябушинский – член-корреспондент Французской Академии наук, основатель Аэродинамического института в Кучине».

Великие ученые Н. Е. Жуковский, С. А. Чаплыгин и П. К. Штернберг, изгнавшие Рябушинских из усадьбы, присвоили себе всю территорию имения с Аэродинамическим институтом, почему-то не отдав землю кучинским крестьянам, о которых товарищ Штернберг так радел. В усадебном доме и в конюшнях образовалась так называемая «научная колония», в которой жили и работали в основном выходцы из Московского университета, их привел в усадьбу Жуковский. Благодаря «плодотворной» работе С. А. Чаплыгина, который стал руководителем аэродинамической лаборатории, действовавшей на базе Аэродинамического института Д. П. Рябушинского, то, что оставалось от Института, было попросту разорено и разворовано, а научная работа сошла на нет. В это время Жуковский активно занимался созданием СВОЕГО института, будущего ЦАГИ, а к кучинскому Институту он интерес уже потерял. После смерти Жуковского и ухода в ЦАГИ Чаплыгина, от Института Д. П. Рябушинского не осталось и следа, хотя деревянное здание самого института в перестроенном виде простояло здесь до пожара, случившегося в 2005 году.

До 1938 года в усадебном доме, построенном Н. А. Алексеевым, находилось общежитие для оставшихся от «научной колонии» ученых. В этом же году в здание въехал созданный в 1930 году Московский гидрометеорологический техникум (фото в альбоме). Во время Великой Отечественной войны и после ее окончания, с февраля–апреля 1943 по осень 1948 года, в здании техникума действовал эвакуационный госпиталь № 2885.

В 1965 году усадебный дом, Графский флигель, стоявший напротив усадебного дома, и несколько деревянных служебных домиков, оставшихся еще со времен Рюминых, были снесены, однако каменные усадебные постройки чудом уцелели. Лестница, усадебные конюшни, перестроенное здание оранжереи и таинственное здание на старинном церковном кладбище уничтожены не были, но в настоящее время они находятся в плачевном состоянии и требуют срочной реставрации (фото в альбоме).

Кучинская усадьба уникальна не только своей историей, но и тем, что только в ней, в отличие от других памятников Балашихинского района, имеющих региональный статус, находятся сохранившиеся до наших дней памятники, составляющие цельный архитектурный ансамбль, созданный прекрасным и таинственным архитектором Жюльеном Тибо. В 2019 году эти памятники получили статус региональных, но, несмотря на это, в настоящее время никаких работ по их сохранению не производится. Хотелось бы думать, что наше государство заинтересуется действительно уникальными памятниками усадьбы Соколово-Кучино и примет участие в их реставрации, иначе мы эти памятники просто потеряем.

https://movoopik.com/sokolovo-kuchino/

https://kazanocheka.livejournal.com/860245.html

Для просмотра вам необходимо зарегистрироваться