Разъезд Набокино [TR/25298]
Описание окружающей местности
Семнадцать человек, чьи имена значат многое для Старого Оскола. Семнадцать бойцов, которые не побоялись взглянуть в лицо смерти, чтобы защитить свой родной город. Их подвиг, совершенный во время Великой Отечественной войны, останется в памяти – в городе металлургов в честь них названа одна из улиц.
Зимой 1943 года к Старому Осколу приближались остатки немецких военных частей, разбитых под Воронежем, – крупное подкрепление для гарнизона, уже находящегося в городе. Важной задачей советских войск было отрезать им путь, ведь иначе бои за освобождение Оскола могли изрядно затянуться. Задержать надвигающегося противника предстояло семнадцати солдатам 409-го отдельного дивизиона 107-й стрелковой дивизии.
Валентин Плотников, Василий Бондаренко, Умербай Чажабаев, Михаил Яблоков, Петр Николаев, Сергей Башев, Тихон Бабков, Абдыбек Бутбаев, Василий Кукушкин, Павел Рябушкин, Тимофей Савин, Григорий Опарин, Михаил Дроздов, Павел Виноградов, Алексей Золотарев, Николай Литвинов, Петр Толмачев – имена героев, участвовавших в той битве под Старым Осколом.
Вооруженные карабинами и противотанковыми ружьями, бойцы заняли оборону возле железнодорожного разъезда Набокино, откуда хорошо просматривалась дорога, ведущая на Старый Оскол. Сильный снегопад и бушующая метель позволили немцам подойти к красноармейцам вплотную. По сигналу советские бойцы открыли огонь по наступавшему противнику.
Силы были неравны: семнадцать человек пытались сдержать натиск полутысячной вражеской колонны. Это кажется невозможным, но немецкий отряд так и не смог прорваться в Старый Оскол и вскоре был разгромлен подоспевшим подкреплением.
Большинству из той героической команды этот подвиг стоил жизни – к концу сражения из семнадцати человек в живых остались лишь четверо. Двое из них – сержант Бабков и рядовой Бутбаев – погибли в последующих боях, сержанты же Кукушкин и Рябушкин прошли войну до конца. Они удостоены ордена Красного знамени, являются почетными гражданами Старого Оскола. Сейчас, правда, обоих уже тоже нет в живых.
По материалам портала «Мир Белогорья»
Фотографии тайника
Интернет блокнот
Предварительно мониторя погоду, плюс, связавшись с автором, уточняю условия/варианты взятия.
Покинув домашний регион, при въезде в Курскую область наблюдаем белые поля – зимний режим? Запланированный финальный «Матронушкин родник у деревни Рындино» отпал автоматом. Старый Оскол встретил нас ярким солнцем, сухими и чистыми дорогами, не то, чтобы проталинами, а совершенно бесснежными клумбами. Затеплилась надежда. Однако с надеждой возникло и опасение в связи с возможной распутицей на грунтовке, которой вырисовывалось более километра. Бампером выглядело предпочтительнее, учитывая намеченную программу и обратный путь.
У съезда «туда» зияло несколько внушительных рытвин-промоин в мегалужах, закрывающих колею. Настораживающе блестел чернозём. Ну, не за тем мы сюда приехали, чтобы в первой точке искать трактор! Выхожу, попробовать «на зуб».
Ха! А, всё не так уж и плохо! Хоть и не всё золото, что блестит, тут скорее – не всё так стрёмно, что поблёскивает! )) Грунт чрезвычайно плотный! Съезжаем и спокойно докатываем к разъезду.
Поклонились, отдали дань памяти Героям. Мемориал ухожен, стоят свежие венки.
Майсюкова будка голёхонька. Три стены открыты настежь всем ветрам. Не понял прикола Zlodey о наличии спальных мест. Возможно, это сезонная опция? ))
Кругом белым-бело, но, подойдя к авторским столбам, замечаем проталину аккурат меж ними, откуда сквозь пожухшую листву торчит край маскировочного пакета.
Как ныне фишка ляжет? 50/50. Проезд – наш, кэш – не наш.
Грунт, отказываясь отдавать, намёртво сжимал в своих объятьях коробку. Зимний режим! Что ж, не в этот раз! (( Мы не вандалы!
Поспешаем к асфальту, пока не пришла распутица. Геодень только начинался.
Автору спасибо!
