Еськи. Исчезающая красота [TR/17977]
Описание окружающей местности
Тайник посвящён разрушающейся Церкви Богоявления Господня в селе Еськи. Однако само село – уже в некотором роде достопримечательность: могли бы вы подумать, что его история так богата?! Обо всём по порядку.
Еськи – одно из самых древних сёл Бежецкого района, которое существовало тогда, когда самого Бежецка ещё не было. Да что город Бежецк! На месте села Еськи – там, где река Осень впадает в реку Мологу, было обнаружено несколько разновозрастных археологических комплексов, в том числе стоянка эпохи мезолита (7-6 тыс. лет до н.э.), могильник эпохи бронзы, селище эпохи раннего железа, городище (0,4 га) и селище (0,1 га) конца VIII—X веков. Таким образом, с момента заселения первых наших предков жизнь здесь продолжалась без перерывов во все последующие эпохи: неолите, бронзовом и раннем железном веках, средневековье, новое время и ныне!
Городище было укреплено валом и рвом, также здесь обнаружены остатки срубных наземных построек с печами-каменками и остатки металлоплавильной печи.
На территории села поселение существует в древнерусский и средневековый периоды. Этот город (городок) известен в XII—XIV веках как Езьск (варианты: Езьк, Иезьск, Выезск). Название его произошло от слова «ез» («езы») – рыбацкие приспособления на реке для ловли рыбы. О городке упоминалось в новгородских грамотах. В те времена сюда в глухие леса северо-восточной зоны бежали из Великого Новгорода его жители и строили свои поселения. И первым таким поселением были Бежичи (Бежицы), первая столица Бежецкого Верха.
В те же времена отстраивалось и поселение Еськи. Оно всегда было «медвежьим углом», ибо дальше Есек дороги нет - река Молога и ее старицы, озера и болота. Основным достоинством села Еськи всегда было то, что оно размещалось на важных водных торговых путях по реке Мологе и её притоках.
В 1859-ом году в Еськах проживало 2075 жителей. Сейчас – меньше 100 человек.
Плотность застройки домов в середине ХIХ века была такова, что огородов, как сейчас, не было. Они стали появляться после революции 1917 года, особенно в период коллективизации, когда жители Есек получали наделы возле своих домов, ибо они вынуждены были жить за счёт земли. А до этого торговое и ремесленное село стояло вдоль реки рядами, которые шли перпендикулярно реке.
Это был и не город, и не деревня. Здесь была своя, особенная культура. Это было село, жители которого совсем не занимались земледелием. Они в основном занимались рыбацким и сапожным промыслами.
Ежане (так правильно называть жителей села) могли пошить модельные ботинки для женщин, модные сапоги для мужчин, но чаще ими выполнялись заказы для русской армии. Работали большими артелями в течение зимы. В Петербург часто уезжали на заработки со своими женами, детьми. Там снимали квартиры, много работали, неплохо зарабатывая. Весной часто приезжали в Еськи помогать родственникам в ведении хозяйства. И снова в Петербург. Остались старые фотографии, на которых изображены обычные жители села: мужчины - высокие, красивые, интеллигентного вида, а женщины - симпатичные, нарядные, в шляпках.
В 1801-ом году в Еськах была открыта богатая каменная Богоявленская церковь с колокольней с уникальной клеевой росписью на стенах. По мнению российских и зарубежных экспертов, уровень настенной живописи церкви в Еськах соответствует памятникам мирового значения.
На колокольне висели большие колокола, которые были отлиты на деньги, собранные жителями Есек. Церковь была обнесена кирпичной оградой и обсажена березовыми аллеями. После революции в 1934 году церковь была закрыта. Сегодня вместо березовых аллей вокруг церкви высоченные заросли борщевика.
«В сотне метров слева я увидел большую церковь — или маленький собор? — с огромным, нависающим куполом, высокой барочной колокольней и портиком с колоннами в античном стиле. Вокруг — лишь леса, поля, кустарник. И все та же тишина. Словно некий русский Рэндольф Херст (американский медиамагнат, ведущий газетный издатель первой половины ХХ века – примечание автора тайника) купил в Риме большую древнюю церковь и по непонятному капризу привез её сюда, в пустынную глушь… Если бы в Западной Европе хоть одна церковь такого размера и красоты оказалась в столь ужасном состоянии, разразилась бы буря возмущения; в России же эти гибнущие сокровища исчисляются сотнями, если не тысячами. Протеста в обществе это не вызывает…»
Так писал британско-австрийский журналист Робин Стаммер в декабре 2007-го года в своей статье, посвящённой затерянным и забытым храмам в сельской глубинке центральной части России.
Сколько было написано материалов о Еськах, сколько здесь побывало журналистов, историков, искусствоведов и этнологов, не перечесть. Между тем и сейчас яркими красками чарует каждого входящего в храм великолепная по исполнению и необыкновенная по масштабам живопись.
Огромный сюжет «Изгнание торгующих из храма», занимающий всю западную стену, - это поистине шедевр, сравнимый с лучшими произведения столичных храмов. Весь живописный ансамбль холодного храма, датированный специалистами 1840-ми годами, является незаурядным и ценнейшим памятником русского искусства.
Специалисты не раз соглашались с тем, что лучшие образцы и архитектурного, и живописного искусства приходятся не на крупные города, а именно на провинцию, незаслуженно забытую.
Местные жители рассказали, что церковь строилась около 40 лет: вместо цемента при строительстве использовался яичный белок, и долгие годы понадобились, чтобы достать его в необходимом количестве. Белок привозили также из окрестных селений.
В настоящее время церковь закрыта, и это практически всё, что сейчас делается для её спасения. На стене висит табличка, в которой перечислены названия фондов и небезразличных к судьбе уникальной церкви людей, где так и написано: «Церковь спасали: …».
Однако кто ищет, тот всегда найдёт. Если вы захотите увидеть исчезающие шедевры настенной живописи, искусно выполненные орнаменты, а также колонны, своды и ниши изнутри, то способ сделать это существует. Или вы можете подойти вплотную к любому из решётчатых окон, и в светлое время суток сможете всё это также увидеть.
Хотя церковь сильно разрушена, там проводятся службы.
Село Еськи похоже на место силы – оно привлекает людей, причём каждого привлекает что-то своё, что именно он ищет и желает здесь найти. Кто-то даже видит сходство со всемирно известными храмами – видимо, дело в особой энергетике.
Режиссёр Алексей Балабанов снимал в Еськах кадры из фильма «Я тоже хочу». По сюжету, героев фильма, путешествующих в поисках Колокольни Счастья, привлекла «аномалия» здешних мест. В фильме можно также увидеть настенные росписи в церкви. По словам режиссёра, именно они привлекли его сюда.
И это не первый раз, когда Еськи попали в кадр – в 1986-ом году вышел фильм «Обида» режиссёра Алексея Сиренко. Церковь там не показали – Советский Союз всё же.
В 1989 году праздновалось 1200-летие села Еськи.
Еськи также известны как родина знаменитого иконописца, основателя тверской иконописной школы Самсона Фёдоровича Пешехонова. Неизвестно, писал ли Пешехонов иконы для новой, тогда только что построенной, Богоявленской церкви в Еськах.
Источники материала: http://userdocs.ru/literatura/30953/index.html и http://welcometver.ru/sights/133
Фотографии тайника
Фото 1. Колонны
Фото 2. Треугольник
"Изгнание торгующих из храма"
Роспись на стенах храма
Интернет блокнот
Класный тайник
Завершающий тайник нашего путешествия. Дорога до Есек активно ремонтируется, грунтовые участк44и сменяют фрагменты отменного асфальта, но в общем и целом, дорога идёт через заболоченный лес и даже ковровые болота. По краям видны остовы трёхэтажных многоквартирных домов, в которых некогда бурлила жизнь, люди обживали новые квартиры и строили планы. Местами, видны покосившиеся стены, поднимающиеся прямо из воды в покосившемся лесу - заболотилось место относительно недавно, но род деятельности местного населения остаётся загадкой, ибо земледелие в такой низине невозможно, животноводческих строений тоже не видится, такое впечатление, что местные промышляли промышленной заготовкой болотной ряски и кикимрячьего мяса, и где-то за деревьями должен находиться длинный досчатый барак с вывеской из отдельных белёных реечек "Кикимороконсервный завод №4".
Дорога обманчива и даже под проливным осенним дождём позволяет наваливать на моём длинном сарае больше 70 км/час и приходится заставлять себя умерять пыл и снижать скорость до разумных 40, ибо едется ровно, да тормозится плохо. Перед Еськами дорога превращается в отличный песчаный грейдер справа от которого вырастает заброшенная церковка среди берёз, а чуть позже вырисовываются и кладбищенские кресты. Ну как церковка... Весьма богатая каменная пятикупольная церковь, из отличного кирпича и сложена грамотно, что позволило ей простоять без видимых разрушений. Но тут есть тонкости, о них в конце. Разумеется, церковь была тщательно изучена и осмотрена. Церковь явно "кладбищенская", что диктует внутренние особенности: отсутствуют печи, колокольня, двери и окна не имеют уплотнений. На окнах следы ажурного остекления, наби раемого из мелких стёклышек. Возможно, цветных. Сейчас невозможно установить изначальный орнамент рам. Отделоьного упоминания заслуживают оконные решётки: они выполнены в виде перевязанных мелкоорнаментными пермычками копий. При том, металл, применяемый для изготовления, скорее всего уже тигельный, по крайней мере, не видно характерного для кричного дешёвого железа расслояния при коррозии.ю Решётка скорее всего собиралась из готовых элеметов, производимых заводским методом: нет следов ковки, детали абсолютно идетничны. Борлее того, каждая решётка имеет литые элементы-наконечники пик. Церковь обращена к дороге алтарной частью. В верхней части алтарной части видны три оштукатуренные прямоугольника, которые можно принять за заложенные окна, которых, однако, быть в алтаре такой церкви не могло, да и кладка под облупившейся штукатуркой демонстрирует отсутствие швов. Видимо, здесь были написаны какие-либо иконы или иные картины духовного содержания. Что еще обращает на себя внимание, так это отсутствие трёх типичных полукруглых апсид алтарной части. Вместо них центральная часть прямоугольная, а две боковые примыкают под прямым углом и имеют по три грани. И в прямоугольной и в гранёных частях имеются окна, которые, однако, также смотрят в две стороны на кладбище
Входа только два, при чём, не через трапезную (её нет, за ненадобностью), а прямо с боковых сторон, каждая из которых открывается на захоронения, что, мне кажется, совсем не случайно, а связано с суеверием про души и направление их возможного выхода. Что ккасается окон ценркви, то они все абсолютно одинаковые: полукруглые, узкие, но высокие, и могли обеспечить достаточное количество света в помещении.
Непосредственно храм имел строгие белоснежные стены, которые, однако, некогда были оживлены сине-голубыми прямоугольными фальшивыми колоннами и декоративной полосой над входными дверями.
Над дверью с каждой стороны когда-то располагалась иконка в небольшой нише стены.
Входные двери окованы металлом, достаточно тонким, прокатным, а не раскованным. В креплении замков использованы резьбовое соединение с грубо вырубленными из полосы гайками. Каждая дверь запиралась на врезной замок и засов с висячим замком. Засов и его детали произведены, очевидно, местными кузнецами: видно иное, нежели на решётках окон, качество металла и следы ударов молотком. Конец засова имеет отверстие, которое навевает мысли о том, что это не первая жизнь данной металлической полосы и ранее она была к чему-то приклёпана или прибита гвоздём.
За железной дверью расположена вторая, деревянная, явно не предназначенная для длительного сопротивления взлому: тонкая, дощатая, на внешних косых клиньях, с короткими петлями, каждая из которых крепится к двери всего на 3 болта. Но и это не последняя: Глубже её была еще лёгкая ажурная дверь с фигурным остеклением практически от уровня колен - очень дорогая деталь интерьера.
Под сводом церкви был обустроен настил-балкон для хоров. Подъём на настил осуществлялся некогда через боковую каморку. Сейчас лестница отсутствует.
Иконостас сохранился очекнь фрагментарно: Одна часть отсутствует полностью, от других остались верхние части, стилизованные под купола. Верхняя часть куполов, некогда, была покрыта резными объёмными фигурами с растительным орнаментом . В левой части, по видимому, сохранилась сама икона на доске, точнее то немногое, что от неё осталось. Пол сильно просел и ходить по нему затруднительно, однако, отлично сохранился катафалк для гроба. Судя по обрывкам, когда-то он был обит красной материей. В отличии от традиции современных мортуариев, катафалк не имеет наклона к зрителю и човсем невысокий, не выше 30 см от пола. По сути дела, это просто тумбочка, диной около полутора метров и шириной около 30. Так как храм кладбищенский, здесь использовался именно стационарный катафалк, а не раскладные или съёмные подставки под гроб. Но оно и не удивительно. Вся деятельность церкви связана только с возникновением виновника торжества на данном подиуме. Алтарное помещение скорее символическое и не превышает по глубине двух метров.
Теперь хочется ненадолго вернуться к окнам. Окна закрыты деревянными щитами, прикреплёнными к оконным решеткам. Щиты не съемные и подвешены на кованных кронштейнах, выполненных по одному проекту. Данная особенность позволяет предположить, что окна были закрыты в предреволюционный период.
На кладбище большое количество кованных крестов. Но не стоит ожидать какого-то ажура: в большинстве случаев это грубо обработанные полосы металла, скреплённые кустарными заклёпками. Интересная особенность "наскальных" надписей: Ни на одной нет полной фамилии, только инициалы и год. Например, на стене около входа выбит 1948 год. Интересно, а жив ли сейчас этот человек?
Поехали в сами Еськи, где нас встретила белая игривая собака и колокол на бетонных электрических столбах. Это не было церковным колоколом , это, скорее, набат. Некогда, возможно и снят с церкви, но сейчас установлен в центре деревни и к нему просто протянута верёвка. В Еськах, кстати, есть магазин. Магазин находится в большом доме старой постройки, не так давно достроенным дополнительным объёмом. Про магазин хочется сказать, что у него восхитительная ярко-сиреневая дверь! С филёнкой, карнизиками, и прочими излишествами, но яркого чистого цвета!
Территория вокруг гигантского храма обработана тяжёлой техникой, оставившей жуткую грязищу. Техника ровняла всё подряд, включая кладбище, что привело к большому количеству человеческих останков на поверхности. Церковь готовят к реставрации: колокольня до самого верха, а это, наверное, метров 30, если не больше, заключена в отличные леса, из антисептированной строганной доски! Леса очень густые и подсчёт колонн сильно затруднён. Подсчёт декоративных элементов интересен тем, что на стенах чередуются настоящие и ложные окна. При том, на ложных окнах нарисовано остекление. Внутрь храма войти невозможно. Но интересны двери - металлическая решётка, изнутри выстланная металлическим листом. Места пересечения полос решётки закрыты декоративными цветочными элементами.
Рядом с храмом старое здание почты. Точнее, старый заброшенный и покосившийся деревянный дом с вывеской Почта. Рядом с домом действующий колодец, ворот которого отполирован руками до блеска и протёрт на несколько годовых колец, от того, место, где люди тормозят его ладонью, образовались красивые рисунки древесных слоёв. Ещё интересная деталь: ворот опирается на опоры с шарикоподшипниками от сельхозтехники. Подшипники прошприцованы, вращаются легко и не скрипят. НА въезде в деревню "новое" здание почты и в нём же аптека. Расположено всё это в очень ухоженном и крепком деревенском доме на высоченном подклете. Сзади дома пристроен не крытый двор, а натуральный амбар с распашными воротами, которые, впрочем, лет 50, вероятно, никто не открывал. На крыльце объявление об отпуске сотрудника и всё это время аптека и почта не работают.
Ну, за коробочкой! Коробочка расположена очень удобно, но в момент взятия небо разразилось жуткой млякотью и мы сильно торопились.
Автору спасибо!
3-1-1.
Автору спасибо за тайник!
