Описание окружающей местности

Километрах в двенадцати от железнодорожной станции Боровенка Окуловского района на берегу озера Льняное среди плотного соснового леса, когда-то были разбиты цветники, аллеи, стоял барский дом с застеклённой верандой, в котором жили - сначала титулярная советница Надежда Александровна Кодомцева, а затем тёща Льва Николаевича Толстого Любовь Александровна Берс. В семидесятые года XIX века она купила это небольшое имение с поэтическим названием "Утешение". С момента основания эту усадьбу местные крестьяне окрестили эстонским словом "мыза". Так с петровских времён называли стоявшие отдельно от деревень усадьбы с сельскохозяйственными постройками.
Любовь Александровна жила здесь со своим сыном Вячеславом Андреевичем и служанкой Настасьей. Небольшой, в четыре комнаты дом, стоял на самом берегу озера, за которым на много вёрст тянулся бор, богатый дичью. Дом со всех сторон опоясывала веранда с разноцветными стёклами. Это придавало ему какой-то постоянно праздничный вид. И, особенно, красив был парк с его еловыми, сосновыми, берёзовыми и липовыми аллеями. На берегу озера и у дома были разбиты цветники, ограждённые куртинами из акаций и шиповника, и росли кусты жасмина и сирени. В верхней части парка находилась, так называемая "зелёная зала" - квадратная площадка, со всех сторон окружённая живыми стенами из деревьев. Неподалёку от неё рос большой дуб. На озере была пристань для лодок и купальня. Особенно оживлённо проходили вечерние катания на челноках.
Вот сюда -то в конце июля 1879 года и приехал со своим шестнадцатилетним сыном Сергеем, который впоследствии в своей книге "Очерки былого" вспоминал: ...В конце июля отец поехал вместе со мной к своей тёще, а моей бабушке Любови Александровне Берс, недавно купленное ею маленькое имение в Новгородской губернии; там пробыли две недели. Это было глухое место, в верстах десяти, от станции Боровёнка; домик бабушки был построен на берегу озера Льняное, а за озером намного вёрст тянулся старый сосновый бор. Туда можно было приехать только на двуколке, сено там возили летом на дровнях, скотина паслась повсюду, и поля от неё отгораживались. Бабушка жила со своим младшим сыном, а моим дядей Вячеславом и своей преданной служанкой Настасьей. Вячеслав Берс был только на два года старше меня, и я был с ним в товарищеских отношениях. Мне отрадно вспомнить об этом милом дядюшке, любящем сыне, добром товарище и щепетильно-честном человеке. Мы с ним купались, плавали на челноке и ходили на охоту за тетеревами и рябчиками. Отец, так же как и повсюду, где он бывал, интересовался местными крестьянами и разговаривал с ними. Он нашёл, что Новгородские крестьяне грамотнее и вообще развитее наших тульских, но испорчены Петербургом; куда они постоянно ездили на заработки. У них уже не было ни старинных песен, ни народной одежды. Отец уехал раньше меня и мне пришлось ехать домой одному."
В этих местах Лев Николаевич безусловно нашёл прекрасный отдых: купался в озере, плавал на челноке, ходил на охоту за тетеревами и рябчиками. Вода в озере и впадающим в него ручьем Непрее была тёмно-красной, что особенно заинтересовало писателя. Он любил плавать по озеру в ночную пору. Так в записной книжке № 10 сохранилась запись от 22 июля: "Новгородская губерния. Фейерверк от лодки на озере. Просвет белой луны в лесу." А запись от 23 июля гласит: "Тёмно-синее, как синюжник озеро в зеленых берегах".
Лев Николаевич прожил в имении "Утешение" всего около недели, с 18 по 24 июля, но несомненно, что впечатления от поездки, общение с природой и крестьянами не прошло даром.

По материалам газеты "Окуловский вестник" - статья Н.В.Федоровой.

Для просмотра вам необходимо зарегистрироваться